произведение новалиса генрих фон офтердинген

Новалис (Фридрих фон Гарденберг). Генрих фон Офтердинген | davidsbuendler.kz

Новалис (Фридрих фон Гарденберг). Генрих фон Офтердинген

Новалис (Фридрих фон Гарденберг)

Генрих фон Офтердинген

Роман «Генрих фон Офтердинген» вносит тему изменения мира властью воли и мысли поэта. Как и роман Ф. Шлегеля, произведение Новалиса испытало воздействие «Вильгельма Мейстера» Гёте, особенно в области структуры: не сюжет в обычном понимании является его основой, но разговоры, переплетающиеся с рефлексией или описанием. Вспомним, что рефлексия - это «размышление, полное сомнений и колебаний, склонность анализировать свои переживания» (Словарь русского языка АН СССР). Новалис отмечал также, что рассуждения у Гёте подтверждаются действием, этим достигается доказательность повествования, которое «никогда не становится поспешным». Философская идея продуктивного созерцания требовала неторопливого развития действия.

Роман Новалиса стал первым романтическим романом-мифом, претворяя в реальности суждение Шеллинга о том, что поэт творит свой миф. Трансцендентальный писатель, стремившийся к раскрытию диалектики единичного и всеобщего, становился мифотворцем, ибо для него исчезали частности, конкретное место и время действия, он уподоблялся создателям древних мифов, где мироздание получало обобщенно-символическое воспроизведение. В отличие от Гёте, Новалис не признавал «прозаичности», которая уничтожает все чудесное, чудесное же оказывалось необходимым в произведении, где царила сказочно-мифологическая стихия.

Роман состоит из двух частей - «Ожидание» и «Свершение». Вторая часть не завершена, финал существует только в пересказе Л. Тика.

Первая часть состоит из девяти глав, последовательно приводящих Генриха к познанию главных сил мироздания. Первая глава, где возникает символический голубой цветок, и последняя, в которой Клингсор рассказывает сказку о царстве Арктура, изображающую в аллегорической форме главные силы мироздания, создают символически-аллегорическое обрамление всего повествования, переводя немногочисленные бытовые подробности остальных глав в мифологический план. Мифологизм романа поддерживается и теми историями, которые слушает Генрих по пути в Аугсбург. Сам Аугсбург, как и Тюрингия, по которой лежит путь героя, практически лишены конкретных примет. Мы узнаем только, что в Аугсбурге более мягкий климат, а леса Тюрингии кишат разбойниками.

Время действия не обозначено, хотя имя главного героя Генриха из Офтердингена связано со средними веками, а сам прототип персонажа Новалиса был миннезингером, обладавшим прекрасным голосом, и учился у мага Клингсора. Новалис сохраняет имена, но меняет характеристики персонажей и их функции: его Клингсор - вдохновенный поэт, а Генрих - мечтательный юноша, отправившийся на поиски удивительного голубого цветка, о котором ему рассказал странник. Тема странничества удваивается с самого начала, становясь не только жеванием увидеть новые места, но воплощением романтического страстного стремления к неизведанному, к поиску истины. Странничество влечет героя во второй мир, который приоткрывается ему с помощью поэзии.

Композиция романа соотносима с принципом, обнаруженным у Гёте: главным является рассуждение о возникающей проблеме и подтверждение мысли, рассказываемой историей. Так, первая глава начинается с размышлений Генриха о голубом цветке, затем следуют рассказы о чудесном сне самого Генриха и его отца. Вторая глава начинается с рассуждений купцов-попутчиков Генриха о поэзии, гармонии мира, музыке и власти искусства над людьми, природой и завершается рассказом-примером о чудесном спасении легендарного певца Ариона дельфинами. Третья глава целиком становится подтверждающим мысль примером: там повествуется об Атлантиде, где музыка, поэзия и любовь правят миром. Этот принцип построения сохраняется на протяжении всей первой части романа. Последняя, девятая глава - это философская аллегорическая сказка Клингсора, подводящая итог философским исканиям Генриха. Принцип построения «Вильгельма Мейстера» сохраняется и при этом «очищается» от избыточного для философского романа-мифа бытового повествовательного элемента. Замедленный ритм повествования характерен для обеих частей произведения.

source